Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

think

За Джеффри Эпштейна

Я как-то рассказывал, как лежал в одной палате с Харелом Хирштигом, убийцей змеелова Якова Селы. Вообразить, чтобы он ухитрился покончить с собой невозможно. При нем неотлучно находились три шабасника. Один мог идти спать, но два других не смыкали глаз. При это все они непрерывно что-то строчили в тетрадях. Я думал, что готовились к экзаменам, а нет. Оказывается они должны были постоянно записывать, что заключенный делает в данную секунду. Так что басни о самоубийстве Эпштейна нехай рассказывают профессиональным американолюбам.
think

Тарбут

Узнал из коммента utnapishti о существовании выдающей израильской поэтессы Йоны Валах и о том, что заместитель министра культуры Мирьям Глазер называла её скотиной в течке.

Справедливо.

Клубника

Йона Валах


когда придёшь переспать со мной
надень чёрное платье
в клубничках
и чёрную шляпу
с клубничкой
возьми корзинку с клубничкой
и продавай мне клубничку
скажи мне тонким голосом сладко
клубника клубника
кто хочет клубники
под платье ничего не надевай
а позже
видимые или невидимые нити
пусть вознесут тебя вверх
и опустят тебя
прямо мне на хуй
think

Жертва режима

Из интервью писательницы, лауреата Нобелевской премии Светланы Алексиевич Зое Световой.

Вы всегда были в оппозиции к власти — и в советское время, и сейчас?

— В принципе, да.


Награды
Орден «Знак Почёта» (СССР, 1984)[90]
Литературная премия имени Николая Островского Союза писателей СССР (1984)
Премия журнала «Октябрь» (СССР, 1984)
Литературная премия имени Константина Федина Союза писателей СССР (1985)
Премия Ленинского комсомола (СССР, 1986) — за книгу «У войны не женское лицо»
Премия «Литературной газеты» (СССР, 1987)

Фильмы по сценариям Светланы Алексиевич
«Трудные разговоры» (Беларусьфильм, 1979), режиссёр Ричард Ясинский
«У войны не женское лицо» (совместно с Виктором Дашуком) — цикл из семи документальных телефильмов (1981—1984, Беларусьфильм), режиссёр Виктор Дашук
«Родительский дом» — документальный телефильм (Белорусское телевидение, 1982), режиссёр Виктор Шевелевич
«Портрет с георгинами» — документальный телефильм (Белорусское телевидение, 1984), режиссёр Валерий Басов
«Солдатки» — документальный телефильм (Белорусское телевидение, 1985), режиссёр Валерий Басов
«Говорю о времени своём» — документальный телефильм (Белорусское телевидение, 1987), режиссёр Валерий Жигалко
«Прошлое ещё впереди» — документальный телефильм (Белорусское телевидение, 1988), режиссёр Валерий Жигалко
«Эти непонятные старые люди» (Беларусьфильм, 1988), режиссёр Иосиф Пикман
Цикл «Из бездны» (сценарий совместно с Мариной Голдовской), режиссёр Марина Голдовская (OKO-media, Австрия-Россия)
«Афганский цикл» — документальные кинофильмы по книге «Цинковые мальчики» (сценарий совместно с Сергеем Лукьянчиковым), режиссёр Сергей Лукьянчиков, Беларусьфильм
think

Мы посмеиваемся

над американской политкорректностью. Например, над попытками изгнать из классических книг слово ниггер. А помните, что из советских школьных хрестоматий по русской литературе изгонялось слово "жид". Больше всего от этого пострадал Гоголь. Но не только.
think

И.А. Хлестаков как литературный негр

Прочитал «Особое мнение главреда «Йеху Москвы». Грешным делом думал, что кавалер Венедиктов в помощь себе Тряпичкина со своей плантации мобилизовал. Ан нет! Сам Иван Александрович над книгой потрудился.

А книга интереснейшая и информативная. И разнообразная. Узнаешь и про то, как Венедиктов с Путиным на дружеской ноге общается и про то, как кавалера совершенно приняли за главнокомандующего.

Рассказано и о том, как кавалер Департаментом управлял. Он, сначала, хотел отказаться, но подумал: «Дойдёт до Путина, ну да и послужной список тоже…». И в ту же минуту по улицам журналисты, журналисты, журналисты … Тридцать пять тысяч одних журналистов. А передней у него улякаевы-сурковы толкутся и жужжат, как шмели, что только и слышно : ж… ж… ж…

Оживляют книгу бытовые подробности - про киви за 700 долларов, про суши на самолете из Иокогамы, про составивших свой преферанс Хиллари, Ксюшу и кавалера.

Читал ли автор свою книгу сам? Несомненно читал. Не очень внимательно, иначе не остались бы накладки:

К нам на радиостанцию приходят такие письма: «Я прокляла свою дочь за ее позицию по Донецку…» Прокляла – это в XXI веке.

Нам на радиостанцию женщина прислала письмо о том, что мать ее прокляла за позицию по Крыму! Внимание, на дворе – XXI век!

Читал.

Трагедия в Одессе, насколько я знаю, привела Владимира Владимировича просто в неистовство. Ему принесли огромные фотографии сожженных людей формата А3 – смотреть на эти чудовищные кадры было невозможно, я видел из них два. Был бы я вместо Путина президентом, я бы тут же ввел войска. Кто это сделал и зачем – другой вопрос, но была сформирована мысль, что одесская угроза реплицируется в угрозу всему русскоязычному населению.

Слова про другой вопрос он не забыл добавить даже при небрежном редактировании.

Классика на то и классика, что побуждает к размышлениям. Признаю, что ошибался когда думал, что святые девяностые были торжеством Ваньки-каина. Хлестаков тоже нашел свое место в Новой Расеи, и Гоголь рассказал нам как и благодаря кому это место досталось Ивану Александровичу.

Не все Ваньки-Каины остались управлять Департаментами – кого-то к просвещенным мореплавателям в Березов сослали за то что квартального или будочника обманул, каких-то совсем завравшихся Хлестаковых из Высокопревосходительств в Благородия вернули, но кадровый кризис не наступил. Эти кадры по-прежнему решают всё.
think

О народности в литературе

Купили как-то суровым сибирским лесорубам японскую бензопилу.
Собрались в кружок лесорубы, решили ее испытать.
Завели ее, подсунули ей деревце.
«Вжик» — сказала японская пила.
«У, бля...» — сказали лесорубы.
Подсунули ей деревце потолще. «Вж-ж-жик!» — сказала пила.
«Ух, бля!» — сказали лесорубы.
Подсунули ей толстенный кедр. «ВЖ-Ж-Ж-Ж-Ж-Ж-Ж-ЖИК!!!» — сказала пила.
«Ух ты, бля!!» — сказали лесорубы.
Подсунули ей железный лом. «КРЯК!» — сказала пила.
«Ага, бля!!!» — укоризненно сказали суровые сибирские лесорубы! И ушли рубить лес топорами…

Однажды кузнецы послали лесорубам, которые жили у крайних пределов страны и все еще рубили лес топорами, новые пилы высокой эффективности. Лесорубы не верили в пилы. И все-таки они стали пилить деревья потоньше с мягкой древесиной. Пила разрезала их, как кусок масла. Они изумились и выбрали деревья потолще, с мягкой древесиной. Когда и тут все пошло хорошо, они взялись за тонкие деревья с твердой древесиной, затем - за толстые древья с твердой древесиной. Всякий раз пила легко справлялась с ними. Тогда лесорубы словно захмелели. Они подтаскивали корневища самых старых деревьев и принимались их пилить. Пила шла уже не так легко и сильно разогревалась, но тем не менее удалось распилить и корневища. Вне себя, они наставили пилу на огромный камень. Тут она, естественно, поломалась.

Опечаленные, несколько лесорубов поехали к Ни-эню, чтобы выпросить новые пилы. Они смущенное рассказывали ему, как завизжала и поломалась пила.
- Разве вместе с пилами к вам не посылались учителя? - улыбаясь спросил их Ни-энь.
- Конечно, - сказали они, - мы теперь их вспоминаем.
- Они не кричали? - спросил Ни-энь.
- Не так громко, как пила, - сказали лесорубы.

Ни-энь сказал: вы получите новые пилы. Вы нам нравитесь. Нам никогда не удалось бы изобрести пилы, способные разрезать корневища самых твердых деревьев, если бы мы, подобно вам, не стремились всегда к невозможному.


А может быть наоборот - народность вырастает из литературы