October 3rd, 2015

think

Сукка животворящая

think

Времена, когда Засрака

любил весь расейский народ, от Москвы до Зеленограда ушли, но интеллигенция рассейская по прежнему хранит ему верность. Правда смелостью сказать о Засраке доброе слово обладала только жертва карательной психиатрии:

Ельцин — это единственный подарок, который сделал России XX век. Он заслужил не просто памятник, но целый мемориальный комплекс. (Новодворская. Прощание славянки)

Остальные поклонники предпочитают помалкивать и хранить верность в душе. Даже душегубы из известной секты добрые слова о Засраке говорят только в очень узком и проверенном кругу.

И то сказать: знал Засрак свой народ и умел его обаять. Если бы в вытряхивал карманы с чуть меньшим энтузиазмом, то по-прежнему пользовался бы всенародной любовью и популярностью. Мастер-классы по литрболу, непревзойденное партейное остроумие, езда одну остановку на троллейбусе, публичные порки соратников и поиски золота партии и спрятанных на складах врагами перестройки карамелек были адресованы всем, за то учение о чакрах и торсионных полях было рассчитано на рафинированную интеллигенцию. Недаром, бОльшая часть материалов дайджеста интеллигентной мысли посвящена вовсе не злодейскому умерщвлению бухгалтера всё той же известной секты или гонениям на профЭссора Зубова, но Блевацкой, Штайнеру и шаманам.

Originally posted by marss2 at Интервью Евгения Александрова, председателя комиссии по борьбе с лженаукой, журналу Patron
Collapse )
think

Интервью Евгения Александрова, председателя комиссии по борьбе с лженаукой, журналу Patron (часть 2)

Originally posted by marss2 at Интервью Евгения Александрова, председателя комиссии по борьбе с лженаукой, журналу Patron (часть 2)
Битва на торсионном поле

— Евгений Борисович, признайтесь, неужели в вашей жизни не было места чуду?

— Было, конечно! Однажды мне показали снимок стены, на фоне которой стоял человек. И при этом на том же снимке оказались контуры интерьера совсем другой комнаты. Автор снимка считал, что он открыл микролептонное излучение, проходящее сквозь кирпичные кладки, требовал от государства средств на исследования. Исследования — одобрили.

— Так чудо-то в чем?

— В том, что миф, который разоблачен несколько десятилетий назад, по-прежнему помогал развести государство на деньги. Мое робкое предположение, что это просто наложились два разных снимка на один кадр из-за сбоя при перемотке пленки, было аккуратно пропущено мимо ушей. Значит, тут два объяснение: либо чудо, либо распил денег между лабораторией и министерством. Поскольку доказательств сговора у меня нет, придется называть это чудом.

— А что за миф?

Collapse )