May 22nd, 2015

think

Русская физика

РУССКОЕ ФИЗИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО:
ГЛОБАЛЬНЫЙ ГЕОФИЗИЧЕСКИЙ ПРОГНОЗ
ДО ИЮЛЯ 2013 ГОДА

1. Угрозы человечеству могут происходить из ближнего космоса (в Солнечной системе – от планеты Глория, на орбите Земли, – в либрационной точке за Солнцем (Бутусов К.П.) и непосредственно от региональных катаклизмов на Земле (Яницкий И.Н., Барковский Е.В., Колесников И.В., Пиотровский М.В., Введенская Н.В., Макаров В.А.).
2. Солнце вошло в период непрерывного нарастания активности, с пиком к июлю 2013 года (Чижевский А.Л., Чиркова Э.Н.).
3. Сезонный период нестабильности геофизических параметров: апрель – май 2013 года. (Барковский Е.В.).
4. Возможно неординарное непредсказуемое энергетическое воздействие на Солнечную систему из Центра Галактики (Мишин А.М., Шпитальная А.А.).
Таким образом, из всех выше перечисленных факторов глобальной нестабильности планеты Земля вероятностно наиболее опасным является: (а) период весеннего (апрель – май 2013 года) усиления активности региональной сейсмики и (б) период середины лета 2013 года на пике солнечной активности и непосредственно сразу при её спаде.
Любому глобальному катаклизму на планете Земля пред-шествует раскачка основных геофизических параметров Геоида и его приповерхностных характеристик нижних слоёв атмосферы. Земля через эту раскачку показывает людям локализацию наиболее уязвимого для людей участка на своей поверхности в плане краткосрочного, среднесрочного или долгосрочного прогнозов (Патент РФ № 2030769, от 10 марта 1995 года, авторы: Азроянц Э.А., Харитонов А.С., Яницкий И.Н.).
«Журнал Русской Физической Мысли», 2013, № 1-12, стр. 150
think

Шимон Перес: большинство израильтян поддерживают мирный договор

think

Новые методы политической режиссуры

В театре ещё в назапамятные времена изобрели, как десять человек могут изображать несметные толппы народа. Для этого они просто ходят по кругу перегороженному занавеской. Тем более странно, что этот способ, вплоть до самого последнего времени, не использовался для создания иллюзии массовых протестов против режима. Еще не в столь отдаленные невозвратные времена застоя и всесилия кегебе, на сцене спектакля «Так выпьем за наше безнадежное дело!» одновременно плясали десять-пятнадцать человек, что метко подметил И. С. Шкловский: «Зарубежные "Голоса" и "Свободы" очень много вещают об этом, - но - обратите внимание - постоянно упоминаются одни и те же фамилии.» В этом было свое преимущество – в первых подчеркивалось личное и гражданское мужество плясунов (тогда как на самом деле они просто были первыми, кто заметил, что пулемет из-за амбразуры убрали) и жестокая свирепость режима, кровавыми репрессиями заткнувшего рот большинству народа.

После того, как во время перестройки отсутствие пулемета осознали абсолютно все, преимущества статических плясок исчезли и режиссеры взяли на вооружение старый проверенный метод. Борцы с режимом стали ходить по кругу, меняясь местами случайным образом.

Мне это решительно не нравится. Только в кругу расчисленном светил, от "Новой помойки" до "Комсомольской брехни", пролетит мой любимый профЭссор Зубофф и я преуготовляюсь к получению эстетического наслаждения, как – херак – он пропадает неизвесто куда, а на смену ему является певец и кулинар Комаревич, которого я терпеть не могу с 1970 году (отчего с большим злорадством отношусь к потреотической интеллигенции, у которой глаза на художественные достоинства руководителя «Машины времени» открылись только год назад). Но проблеваться не дают. Комаревича убирают за кулисы, а вместо него рассказывают о состоянии здоровья вертолетчицы Лоханкиной. На любого, кто помнит о докторе Хайдере эти сообщения восьмидюймового аблаката Фейджина действуют, как мистер Бин. Но и посмеяться не дают. Вместо Лоханкиной с Фейджином выплывает Миша-2%, но и ему, как в старом анекдоте про публичный дом, не дают кончить, и у микрофона оказываются комсомольцы-душегубы из «Открытой России». Надеешься, что расчисленный круг светил уже завершил свой поворот, а не нет! Вместо догожданного профЭссора Зубова является беззаконная комета какой-нибудь Улицкой, потом вдруг Комаревич, и только после певца - профэссор. И все это на фоне завываний Швондеровича.


Шествие борцов в Кровавым Режимом