?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Казус Мединского

Отношение к мифам бывает разное. Например, точка зрения директора хуячечной тщанием активистов гражданского опчества широко растиражирована:

"Мое глубочайшее убеждение заключается в том, что даже, если бы эта история была выдумана от начала и до конца, даже, если бы не было Панфилова, даже, если бы не было ничего - это святая легенда, к которой просто нельзя прикасаться. А люди, которые это делают, мрази конченые"

Гораздо менее известна точка зрения графа-вегетарианца (хотя его будто бы все ещё изучают в школах):

— Я, граф, из штаба. Слышали подвиг Раевского? — И офицер рассказал подробности Салтановского сражения, слышанные им в штабе.

Офицер с двойными усами, Здржинский, рассказывал напыщенно о том, как Салтановская плотина была Фермопилами русских, как на этой плотине был совершен генералом Раевским поступок, достойный древности. Здржинский рассказывал поступок Раевского, который вывел на плотину своих двух сыновей под страшный огонь и с ними рядом пошел в атаку. Ростов слушал рассказ и не только ничего не говорил в подтверждение восторга Здржинского, но, напротив, имел вид человека, который стыдился того, что ему рассказывают, хотя и не намерен возражать. Ростов после Аустерлицкой и 1807 года кампаний знал по своему собственному опыту, что, рассказывая военные происшествия, всегда врут, как и сам он врал, рассказывая; во-вторых, он имел настолько опытности, что знал, как все происходит на войне совсем не так, как мы можем воображать и рассказывать. И потому ему не нравился рассказ Здржинского, не нравился и сам Здржинский, который, с своими усами от щек, по своей привычке низко нагибался над лицом того, кому он рассказывал, и теснил его в тесном шалаше. Ростов молча смотрел на него. «Во-первых, на плотине, которую атаковали, должна была быть, верно, такая путаница и теснота, что ежели Раевский и вывел своих сыновей, то это ни на кого не могло подействовать, кроме как человек на десять, которые были около самого его, — думал Ростов, — остальные и не могли видеть, как и с кем шел Раевский по плотине. Но и те, которые видели это, не могли очень воодушевиться, потому что что им было за дело до нежных родительских чувств Раевского, когда тут дело шло о собственной шкуре? Потом оттого, что возьмут или не возьмут Салтановскую плотину, не зависела судьба отечества, как нам описывают это про Фермопилы. И стало быть, зачем же было приносить такую жертву? И потом, зачем тут, на войне, мешать своих детей? Я бы не только Петю-брата не повел бы, даже и Ильина, даже этого чужого мне, но доброго мальчика, постарался бы поставить куда-нибудь под защиту», — продолжал думать Ростов, слушая Здржинского.


Правда, провидя грядущего директора хуячечной, Лев Николаевич добавил:

Но он не сказал своих мыслей: он и на это уже имел опыт. Он знал, что этот рассказ содействовал к прославлению нашего оружия, и потому надо было делать вид, что не сомневаешься в нем. Так он и делал.

В чем же казус? А вот в чем. Вроде бы Директор лояльнейший член команды Веселого Гнома, от критики которого гражданское опчество воздерживается всеми силами, связывая с ним надежды славы и добра, и для культуры он сделал хоть и меньше, чем Крысёныш для науки, но уж Екатерину Алексеевну и Ниловну точно превзошел, и умища министру некуда девать, а вот даже Порхаменку пришлось на него напустить! Что там у них делается? Какая борьба нанайских мальчиков по ковром в кабинете Румпельштицхена идет? Молчат системные и просто аналитики.

И приемы борьбы какие-то негодные. За что степень-то отбирать? Любой из цитат, содержащихся в предъяве порхаменковских заявителей достаточно, что бы понять глубину мышления вообще и ценность диссертации, в частности, директора хуячечной. Ну наебал. Так теперь чего уж пить боржоми. А вот Учёный совет, который такие диссертации к рассмотрению принимает, надо разогнать к.е.м. немедленно. Защищался ведь директор в, как теперь принято говорить, РГСУ. А я-то помню, что во времена, когда о миссиях и компетенциях никто и не слыхивал, это учреждение носило гордое имя "Московская высшая партейная школа". И шо интересно, перечисляя названия диссертаций членов Ученого совета урожденной МВПШ, псевдоним РГСУ политкорректные заявители не раскрывают. И научные заслуги ректора вроде бы не обсуждают (видимо из уважения к недавнему вдовству). Гражданское мужество, так сказать.

На Совет велено не покушаться, так что вместо того подыскали другой учёный совет где-то в Урюпинске, на который гражданские активисты надеялись, как на бога. А Урюпинск возьми и подкачай!

Comments

Profile

think
nimmerklug
nimmerklug

Latest Month

August 2017
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com